Османская империя


Previous Entry Share Next Entry
О разнице между Османской империей и Турецкой республикой
bidhikrullah
darqawi wrote in osmanenerbe
Кардинальную разницу между Османским девлетом и Турецкой республикой можно проиллюстрировать примером различного отношения к этническим либо религиозным меньшинствам.

242px-Jews_in_Jerusalem_1895


Вот как это выглядело на примере евреев (по еврейским источникам).

Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона о султане Абдуль-Хамиде II:

«Царствование А. (Абдуль-Хамида II) связано с небывалой массовой иммиграцией евреев из России в Турцию, особенно в Палестину, вызванной палестинофильским и сионистским движениями. Личные отношения султана А. к евреям в общем доброжелательны. Об этом свидетельствуют некоторые факты из истории турецких евреев за последние 30 лет и отзывы близких к султану деятелей. Известный ориенталист и исследователь мусульманской Азии, Арминий Вамбери, личный друг Α., не раз гостивший у него в Ильдиз-Киоске, говорит: "За время моих многолетних дружеских сношений с нынешним главой Оттоманской империи я часто имел случай убедиться в его высоком мнении о евреях. Султан А. мне неоднократно говорил, что его еврейские подданные отличаются верностью и преданностью интересам государства и что ему всегда доставляет удовольствие, когда тот или другой "иагуди" удостаивается высокого поста". Α. действительно не раз обнаруживал заботливость по отношению к нуждам евреев. Он был первым из турецких государей, который формально уравнял их в правах с их мусульманскими согражданами. Тотчас после восшествия на престол он назначил жалованье из государственной кассы главному раввину в Константинополе, так называемому "хахам-баши", и таким образом признал его официальным представителем еврейства, наравне с высшими иерархами других вероисповеданий. В связи с этим у султана установился обычай — к празднику Пасхи посылать главному раввину сумму в 8000 франков для распределения между бедными еврейскими семействами турецкой столицы. В 1881 г., когда местное правительство острова Крит отказало евреям в праве принимать участие в муниципальных выборах, султан отменил эти выборы, сделав критским властям строгий выговор за нарушение гражданских прав евреев. В 1882 г., когда вследствие страшного пожара в еврейском квартале Константинополя, Хазкени, многие еврейские семьи остались без крова, А. принял меры для облегчения их бедствия. В 1883 г., при пожаловании хахаму-баши, Моисею Леви, ордена Османиэ, султан выразил в речи, обращенной к нему, свои симпатии к евреям и вместе с тем строго осудил преследования, которые выпадают на их долю в некоторых странах Европы. "Что касается меня, — прибавил он, — я в высшей степени доволен должностными лицами из евреев, ценю их энергию и преданность и в будущем постараюсь значительно увеличить их число". И действительно, допущение евреев на государственную службу, не исключая и высших должностей, облегчается с каждым годом. Среди членов государственного совета есть один еврей, Бахар-эфенди Ашкенази. Турецкий дипломатический корпус насчитывает в своей среде около 15 евреев, являющихся представителями Турции перед различными правительствами в качестве консулов, вице-консулов и других агентов. Чиновники-евреи встречаются и во главе провинциальной администрации; есть также лица, удостоившиеся титула "паши", который до последнего времени не жаловался евреям. Султан А. принял также участие в судьбе румынских евреев, гонимых на своей родине; он подписал фирман, разрешавший эмигрантам селиться на султанских и государственных землях Малой Азии, и сверх того велел выдать денежную помощь для первоначального устройства переселенцев. Иначе относится султан к грандиозным планам сионистов: тут он не руководствуется личными симпатиями и добрыми чувствами. Запрет против еврейской иммиграции в Палестину, изданный в 1891 году, не всегда строго соблюдался и временами даже совершенно игнорировался турецким правительством, но, с другой стороны, и политические цели сионизма до сих пор не встретили сочувствия со стороны подозрительного султана. По мнению Вамбери, государственные соображения, осложняемые международно-правовыми затруднениями, являются главными причинами, препятствующими осуществлению политических стремлений сионизма (еврейское государство или даже "чартер"). Об эти преграды разбивались все попытки вождя сионистов Теодора Герцля, который (отчасти по рекомендации Вамбери) неоднократно был принят султаном и из одной аудиенции даже вынес было впечатление, будто глава Оттоманской империи благосклонно относится к планам сионизма (см. Сионизм). Чисто колонизационная деятельность сионистской организации в Палестине и прилегающих землях не встречает, впрочем, противодействия со стороны центрального турецкого правительства и султана.»

035_Jewish_Family_in_Mount_Zion

Электронная еврейская энциклопедия о политике кемалистов по отношению к еврейской общине:

«По Лозаннскому договору между Турцией и державами Антанты (июль 1923 г.) правительство Турецкой республики, которое возглавлял Мустафа Кемаль-паша (Ататюрк), гарантировало этническим меньшинствам, в том числе и евреям, гражданское и политические равноправие, обещало предоставить им возможность создавать собственные организации и учебные заведения, пользоваться национальным языком. Однако эти обещания были выполнены лишь частично. С одной стороны, конституция Турции, принятая в 1924 г., закрепила равенство прав и обязанностей всех жителей страны, вне зависимости от их этнического происхождения и вероисповедания (хотя при обсуждении основного закона некоторые группировки требовали, чтобы гражданство предоставлялось только туркам-мусульманам). В то же время для Ататюрка и его сподвижников, видевших Турцию светским и унитарным национальным государством, автономные меньшинства были препятствием на пути к намеченной цели. Не решаясь отменить соответствующие статьи Лозаннского договора в одностороннем порядке, власти предприняли попытку принудить сначала евреев (как наиболее малочисленную и незащищенную общину), а затем и другие группы, прежде всего греков, «добровольно» отказаться от привилегий, предоставленных им Лозаннским договором. В 1925 г. в турецкой печати появились обращенные к еврейскому населению призывы освободить правительство от взятых им на себя обязательств (и тем самым «стать настоящими турками»), а в феврале 1926 г. все газеты страны опубликовали текст телеграммы с изъявлениями преданности, якобы посланной 300 турецкими евреями в Испанию. Хотя речь шла о грубой фальшивке (доказательства подлинности телеграммы не были представлены, а имена ее адресата и отправителей ни пресса, ни власти так и не назвали), в сложившейся обстановке евреи, не выработавшие к тому времени четкой позиции по вопросу о привилегиях, почли за благо отказаться от них. В результате еврейская община Турции утратила статус автономного института: «Организационный устав раввината», действовавший с 1865 г., формально отменен не был, однако, поскольку он во многом не соответствовал новой ситуации, сложившейся после распада Османской империи, созданные в соответствии с ним органы еврейского самоуправления после Первой мировой войны не собирались и не переизбирались (так что Х. Бежерано формально считался лишь исполняющим обязанности хахам-баши, а после его смерти в 1931 г. эта должность осталась вакантной). Всем остальным еврейским организациям и учреждениям пришлось или прекратить, или в значительной мере свернуть свою деятельность; им строго запрещалось поддерживать связи с общинами других стран и участвовать в работе международных еврейских объединений. Еврейские школы оказались под жестким контролем министерства просвещения: по его требованию они перешли на турецкий язык (вместо французского и иврита) и стали следовать программам государственных учебных заведений. В ходе насильственной секуляризации страны, осуществлявшейся режимом Ататюрка во второй половине 1920-х – первой половине 1930-х гг., были отменены уроки еврейской традиции и истории, изучение иврита сведено к минимуму, необходимому для чтения молитв (что привело к фактической ликвидации всех талмуд-тора), а вопросы брачно-семейного права переданы в ведение гражданских судов. От евреев настойчиво требовали, чтобы они перешли в быту с джудесмо на турецкий язык; поскольку такой переход рассматривался как проявление лояльности государству, руководители еврейских организаций подхватили лозунг «Гражданин, говори по-турецки!» и стали создавать курсы турецкого языка для взрослых и ассоциации, занимавшиеся его пропагандой и распространением. Вкупе с тюркизацией школ эта деятельность со временем привела к тому, что турецкий стал родным языком значительной части евреев Турции (в 1927 г. около 84% из них назвали таковым джудесмо, в 1955 г. — лишь 64%). Зародилась еврейская литература на турецком языке. Вместе с тем, в Стамбуле сохранились еврейские периодические издания на джудесмо (печатавшиеся латинским шрифтом) — «Шалом», «Ла вера лус»; газета «Этуаль дю Леван» выходила на французском языке, ежемесячный (позднее ежеквартальный) журнал «Ха-Менора» — на иврите, еврейско-испанском и французском языке.

Несмотря на то, что в критический момент истории Турции еврейская община страны выступила за ее независимость, уже в конце 1922 г. турецкая печать развернула антисемитскую кампанию, в ходе которой звучали как клише европейской юдофобии нового времени (в том числе заимствованные из «Протоколов сионских мудрецов»), так и «местные» мотивы (евреев обвиняли, помимо прочего, в том, что они не лояльны государству, стремятся поставить его экономику под свой контроль, эксплуатируют турок, в особенности деревенских жителей, пренебрегают ими и их языком, наносят ущерб их достоинству, а во время войны поддерживали греков и незаконным путем присваивали брошенное ими и армянами имущество). Нападки, исходившие от противников режима Ататюрка, которые пытались косвенным образом поставить под сомнение провозглашенный им принцип равенства граждан перед законом, а также от некоторых представителей городской интеллигенции, стоявшей на крайне националистических позициях, и в известной мере имевшие экономическую подоплеку, прекратились лишь во второй половине 1920-х гг., когда политическая ситуация в стране стабилизировалась, а евреи отказались от привилегий, предоставленных им Лозаннским договором. Хотя кампания была чисто словесной и не нашла в турецком обществе широкого отклика, она вызвала у многих евреев чувство незащищенности и — в сочетании с материальными трудностями послевоенного времени — побудила многих евреев покинуть Турцию».

group_of_ashkenazi_jews._palestine._1900-1920

Что можно резюмировать на основании этих свидетельств? Османская империя сохраняла в себе «цветущую сложность», и терпимо относилась к различным автономным сообществам в своих пределах, гарантируя их права и привилегии. Однако при этом, Османы совершенно ясно провозглашали превосходство и главенство Ислама. Кемалисты же нетерпимо относились ко всем автономным общинах, которые не вписывались в проект унитарного национального государства, и посему стремились к уничтожению этой самой «цветущей сложности» и к смешению на основе модернистских национальных идей.

Предоставляя широчайшую автономию евреям, Османы считали немыслимым создание какого-либо сионистского государства в Палестине. Запрещая какую-либо автономию внутри своего государства, кемалисты одними из первых признали государство Израиль.

  • 1
Есть еще одна интересная деталь об отношении Османской империи к евреям. Как известно, в Российской империи евреи подвергались дискриминации во многих областях и пытались разными путями это преодолеть. Одним из таких путей было принятие турецкого подданства, в основном это было распространено среди евреев юга России. Приняв турецкое подданство евреи становились иностранцами и избегали таким образом некоторых дискриминационных законов России и получали дипломатическую защиту от турецких консулов.
Остап Бендер был на самом деле сыном турецкоподданого:)

Интересная статья, спасибо!

  • 1
?

Log in

No account? Create an account